Дата проведения экстренного саммита ЕС, посвященного не столько грузино-осетинскому конфликту, сколько осуждению позиции России в вопросе о признании Абхазии и Южной Осетии, поистине символична – 1 сентября 1939 года началась Вторая мировая война.

Несмотря на всевозможные дипломатические реверансы в адрес России, именно она, а не агрессор – Грузия, оказалась в Брюсселе главным объектом критики. Вот только сила пинков зависела (и будет зависеть) от изощренности и опыта участников «разбора полетов».

Полякам и прибалтам, как больше всех страдающим русофобией, была отведена роль киплинговских шакалов-провокаторов. Их суета по поводу приглашения Саакашвили на переговоры и введения санкций против России, надо сказать, не была бессмысленна. Антироссийская истерия, питаемая ложью, зацепила-таки российское общество – политики, эксперты, журналисты всерьез обсуждали возможные последствия принятия Европой запретительных мер.

Европейские же тяжеловесы повели партию «доброго следователя»: Саакашвили в Брюссель не пригласили, идею санкцией не поддержали. Однако кто хочет – да услышит.

Главный вывод сделал Николя Саркози на итоговой пресс-конференции саммита: «Мы недвусмысленно осуждаем непропорциональную реакцию русских (на действия Грузии)…».

Пилюлю подсластили рассуждениями о том, что Европа, дескать, «сознает необходимость диалога с русскими соседями», не собирается портить отношения с Россией и «показывать мускулы» (видимо, имелись в виду мускулы НАТО, так как у ЕС их просто нет). При этом президент Франции допустил показательную, по Фрейду, оговорку: «Я не думаю, что решение носит военный характер, и я не думаю, что это решение находится в руках НАТО». 

Руководство Североатлантического альянса, действительно, не имеет возможности «разрулить» сложившуюся ситуацию. И дело не в количестве военных кораблей, согнанных в Черное море. Владимир Путин жестко и емко выразил причину этой невозможности: «Что бы там ни было, правда - на нашей стороне».

Однако если НАТО-вцы предпочитают махать дубиной, то ЕС-овцы считаются специалистами по «замораживанию» конфликтов (читай: затягиванию процесса нормализации ситуации). Подобная процедура предполагает несколько этапов и выполнение ряда требований к участникам конфликта. При этом используется уже обкатанная моделей «заморозки». Я имею в виду «урегулирование» югославского кризиса.

Первый этап – возвращение к ситуации до войны. Главным требованием на этом этапе является вывод российских войск из Грузии на позиции, которые они занимали до 7 августа. Угрозой в случае невыполнения требования служит затягивание переговоров по поводу соглашения о партнерстве между ЕС и Россией. Аналогичные требования предъявлялись в свое время краинским и боснийским сербам. После чего первых изгнали хорваты, превратив Хорватию в мононациональное государство. Вторые вынуждены были согласиться на условия Дейтонской конституции, то есть de facto - протекторат НАТО и ЕС.

Второй этап – консультации и «международные дискуссии». 8 сентября Жозе-Мануэл Баррозу, Николя Саркози и Хавьер Солана собираются приехать в Москву. В свое время была создана Международная конференция по бывшей Югославии (МТБЮ), бесчисленные европейские комиссии то и дело посещали Милошевича, президента Союзной Республики Югославии. Только где сегодня та Югославия и сам Милошевич?!

Свои цели евроатлантисты не могут и не хотят скрывать. Саркози (и не только он) постоянно подчеркивает: статус Абхазии и Южной Осетии «должен обсуждаться в составе Грузии… Абхазия и Осетия - это Грузия». Вот что такое «дискуссия» в понимании Брюсселя. А за Россией европейцы оставляют «право выразить мнение». О мнении и воле жителей Абхазии и Южной Осетии, выраженных на референдумах, европейские политики речь даже не ведут.

В итоговой декларации, принятой на саммите ЕС 1 сентября, зафиксировано: «мирное и долгосрочное решение кризиса в Грузии может быть основано только на полном соблюдении принципов независимости, суверенитета и территориальной целостности Грузии, признанных международным правом и резолюциями СБ ООН». Мол, за пределами этого Москва пусть дискутирует, сколько хочет.
 

Третий этап – размещение в конфликтной зоне наблюдателей и миротворческих сил ОБСЕ, ООН, НАТО, которые по логике евроатлантистов как раз и будут обеспечивать «независимость», «суверенитет» и «территориальную целостность» Грузии. На этом этапе НАТО окончательно застолбит за собой Кавказский регион.

Об использовании на Кавказе технологий, апробированных ранее на сербах, свидетельствует и то, что одним из главных действующих лиц «переговорного процесса» по грузинскому вопросу выступает Хавьер Солана де Мадарьяга – верховный представитель ЕС по внешней политике и безопасности. Эта личность заслуживает особого внимания. Солану по праву считают главным переговорщиком Евросоюза, умным и хитрым дипломатом. Однако я сейчас не об этом.

Солана был Генеральным секретарем НАТО в самые кровопролитные и позорные моменты балканского конфликта: война в Боснии и агрессия НАТО против СРЮ. Именно в югославской кампании, впервые за всю историю НАТО, генсек этой организации получил право единолично принимать решения по ведению военных действий.

Билл Клинтон во время бомбардировок Югославии на раз говорил: «Я согласен с решением Хавьера Соланы сделать это».

То, что Солана оказался главным европейским переговорщиком и должен был по непринятой конституции ЕС возглавить европейский МИД с бюджетом в 26 млрд. евро, - неслучайно. Это один из немногих европейских лидеров, который устраивает Вашингтон и который умеет, по меткому выражению, «и рыбку съесть, и кости сдать».

В мае 2000 г. американцы назвали Хавьера Солану воплощением мечты Генри Киссинджера, хотевшего иметь в Европе один телефон, по которому можно решить все вопросы.

Сам себя Солана называет европейцем и атлантистом, проповедуя, что интересы «сильной Европы» во многом идентичны интересам США.

СМИ быстро растиражировали ответ Соланы натовскому генералу Уэсли Кларку, который как-то поинтересовался, в чем секрет дипломатического успеха бывшего натовского генсека: «Во-первых, никогда не заводите врагов, а во-вторых, никогда не задавайте вопросы, на которые вы либо не знаете ответа, либо знаете, что ответ вам не понравится».

Поэтому, Хавьер Солана во время предстоящего 8 сентября его визита в Москву не будет спрашивать, почему Россия признала независимость Абхазии и Южной Осетии – ответ ему не понравится. Зато он сделает все, чтобы Северо-Атлантический альянс окончательно закрепился на Кавказе. А это означает, что грузино-югоосетино-абхазский конфликт очень далек от своего завершения.

И последнее. На всех этапах проникновения и окончательного закрепления в стратегические важном для ведущих мировых игроков (ТНК, финансово-промышленных групп, наднациональных структур) Кавказском регионе происходит финансовая и политическая подпитка продажной элиты государства-протектората, в данном случае - Грузии.

На саммите Евросоюза 1 сентября было объявлено о намерении ЕС оказать Грузии гуманитарное и экономическое содействие, провести международную конференцию доноров помощи Грузии рассмотреть возможные меры по развитию экономического сотрудничества, включая создание зоны свободной торговли и облегчение визового режима с Грузией.

Принятие такого решения свидетельствует только об одном: Запад действительно обрел «монополию на несправедливость» (Доминик Кола).

Если для того, чтобы получить экономические преференции, нужно уничтожить сотни и тысячи людей, сравнять с землей их дома, – сделай это! Деньги не пахнут.

Елена ПОНОМАРЕВА, Фонд стратегической культуры

Комитет